Ради мечты о большой семье Евгения Медведева решилась на отчаянный шаг — продала квартиру, чтобы оплатить дорогостоящую процедуру ЭКО. Однако на пути к материнству встал неожиданный барьер: бывший супруг потребовал уничтожить замороженные эмбрионы. Теперь судьбу нерожденных детей решает суд, а юристы спорят, чьи права в этой этической ловушке приоритетнее.
Цена надежды: от семейного счастья до судебных исков
История началась в 2018 году. После рождения первого ребенка у Евгении возникли медицинские противопоказания к естественной беременности, и супруги решили прибегнуть к репродуктивным технологиям. Тогда, при полной поддержке мужа, паре удалось получить несколько эмбрионов. Из-за высокой стоимости процедуры супруги решили дать жизнь только одному ребенку, а остальных — заморозить. Спустя время брак распался, и Евгения осталась одна с сыном, но не оставила надежду снова стать матерью.
Ультиматум бывшего супруга
Чтобы профинансировать перенос оставшихся эмбрионов, Евгения продала недвижимость. Однако в клинике её ждал удар: медики отказались проводить процедуру без личного согласия бывшего мужа. Выяснилось, что мужчина уже подал заявление на утилизацию биоматериала. «Для меня это не просто клетки, я не понимаю, как можно уничтожить шанс на жизнь», — делится Евгения. У второй стороны своя правда: мужчина настаивает, что давал согласие на ЭКО только в рамках брака. По его словам, лечение было завершено с рождением сына, а появление новых детей против его воли накладывает на него нежелательные обязательства.
Юридический тупик и этический раскол
Спор бывших супругов переместился в зал суда и на экраны федеральных каналов, вызвав бурную дискуссию среди правоведов. Эксперты признают: в законодательстве существует пробел. С одной стороны — право женщины на материнство, с другой — право мужчины не становиться отцом против желания. Юристы подчеркивают, что рождение ребенка влечет за собой целый шлейф юридических последствий: от алиментов до наследственных прав первой очереди, к которым мужчина не готов.
Суррогатное материнство под вопросом
Несмотря на наличие собственного фонда и планы по открытию клиники, финансовая независимость не решает всех проблем Евгении. Из-за состояния здоровья она планирует воспользоваться услугами суррогатной матери, однако здесь вступает в силу еще одно законодательное ограничение. В текущих реалиях привлечь суррогатную маму одинокой женщине крайне сложно — закон ориентирован на полные семьи, где оба супруга выражают обоюдное согласие. Пока бывший муж не идет на контакт и игнорирует даже встречи с родным сыном, судьба замороженных эмбрионов остается в подвешенном состоянии.
